Глеб Котельников
9 ноября 1911 года состоялось успешное испытание первого в мире ранцевого парашюта РК-1, созданного петербургским театральным актером и изобретателем Глебом Котельниковым. Всё началось с трагической гибели капитана Мациевича. Его последний полет видел и малоизвестный драматический актёр Глеб Евгеньевич Котельников. «Гибель молодого лётчика, — писал Котельников много лет спустя, — настолько меня потрясла, что я решил во что бы то ни стало построить прибор, предохраняющий жизнь пилота от смертельной опасности». В прошлом офицер-артиллерист, а затем акцизный чиновник, он всегда интересовался техникой. Другим увлечением его был театр. Под псевдонимом Глебов-Котельников он играл на любительской сцене, но мечтал о профессиональной. Мечта его осуществилась, когда он в 1910 г. с семьёй приехал в Петербург и был принят в драматическую труппу Народного дома, весьма популярного столичного театра. В то время даже многие авиаторы считали, что парашют в авиации вообще не применим. Котельников был другого мнения. «Я превратил свою комнату в мастерскую, — писал он, — и более гола работал над изобретением нового парашюта». Почти одновременно с ним француз Ж. Балондрад предложил укладывать парашют в наспинную коробку и в случае аварии выбрасывать купол и стропы взрывом порохового заряда. Не знал Котельников и о том, что далеко от Петербурга, на Урале, крестьянин И.К. Сонтаг подал патентную заявку на парашют, купол которого в виде свёртка также крепился на спине летчика. И хотя эти идеи были похожи, парашют Котельникова был существенно проще и надёжнее. Сделав модель, Глеб Евгеньевич уехал в Новгород к своему старшему брату и там, поладьте от посторонних глаз, испытал сё, сбросив несколько раз с воздушного змея. Не было ни одной осечки. Значит, и большой парашют будет действовать так же надёжно, как и модель. Не теряя времени, Котельников пишет докладную записку военному министру, генералу В.А. Сухомлинову. «Ваше Высокопревосходительство, — обращался он к генералу. — Длинный и скорбный синодик славных жертв авиации натолкнул меня на изобретение весьма простого полезного прибора для предотвращения гибели авиаторов в случаях аварии с аэропланами в воздухе». Котельников писал, что его изобретение «должно быть немедленно охранено привилегиями, как в России, так и за границей», но для этого необходимы немалые средства. Он просил выдать ему субсидию для патентования и производства испытаний парашюта. Глеб Евгеньевич сам отнёс свою записку в Военное министерство. Сухомлинова на месте не оказалось. Принял изобретателя помощник министра, генерал Л.А. Поливанов. «Я показал свои чертежи, — вспоминал Котельников, — показал модель, объяснил устройство ранца-парашюта и спросил генерала, не желает ли он посмотреть, как действует мой парашют». Поливанов ответил утвердительно. Тогда Котельников, взяв в руку конец шнура, прикреплённого к замку ранца, подбросил куклу почти до самого потолка высокого кабинета. Парашютик моментально раскрылся и плавно опустил куклу на паркетный пол. 27 октября 1911 г. он обратился в промышленный отдел Министерства торговли, ведавший тогда патентными делами, и в начале ноября получил охранительное свидетельство за №50103. зафиксировавшее его приоритет. Позже, в январе 1912 г., Котельников послал патентную заявку в Париж, и 20 марта того же года ему был выдан французский патент № 438612. Приоритет Котельникова в создании средства спасения экипажей аэропланов состоит в том, что он изобрел компактный шелковый парашют, укладывавшийся в ранец, который крепился с помощью подвесной системы на летчике. Купол приводился в действие с помощью вытяжного кольца. Изобретатель назвал свое детище ранцем-парашютом РК-1 (русский, Котельникова, первый). 6 июня 1912 года РК-1 был успешно испытан сбросом манекена с аэростата, причем изобретатель уже имел патент. А в 1913 году в Руане студент Петербургской консерватории Владек Оссовский совершил прыжок с парашютом Котельникова с моста высотой 53 метра. РК-1 получил признание за рубежом, где незамедлительно приступили к копированию русского изделия. С началом Первой мировой войны поручика Котельникова призвали в армию, назначив начальником авторемонтных мастерских. На фронте он стал очевидцем, как наблюдатели подожженного австро-венгерским самолетом змейкового аэростата спаслись на РК-1. Партия из 70 парашютов по инициативе известного летчика-испытателя Глеба Алехновича поступила в распоряжение экипажей тяжелых бомбардировщиков «Илья Муромец». В 20-е Котельников разработал усовершенствованные модели для летчиков РК-2 и РК-3, грузовой парашют «Авиапочтальон» и так называемый корзинный РК-4, предназначенный для спасения экипажей и имущества наблюдательных аэростатов. Последний представлял собой отделяемую от воздушного шара аэростатную корзину, приземлявшуюся на куполе парашюта. Система РК-4 была принята на снабжение воздухоплавательных частей Красной армии
